|
Из Сказкино молодые поехали поездом в научный городок Алика, расположившись в одном купе с двумя друзьями последнего. С ними Алик принялся очень точно и остроумно пародировать своих земляков, в которых, к радости друзей, находил почти полное сходство с гоголевскими персонажами. Все было хорошо, пока Надя не спросила вдруг:
· И это все, что вы там постигли? Алик сказал:
· Я знаю Сказкино не хуже тебя.
— А что постигла там наша красавица?— спросили друзья.
Горюнова по очереди посмотрела на каждого и вышла молча из купе. Сквозь открытую дверь доносились до нее отдельные фразы и смех.
За окном шел и шел, то усиливаясь, то ослабевая, осенний дождь, и набухшие от воды леса, луга и поля светились ярко и тревожно отживающей зеленью и утвердившейся желтизной. Нет, невозможно сомневаться, что жизнь на нашей земле еще только-только начинается...
 Через час Алик вышел и вопросительно прикоснулся к ней плечом.· Что, ироники, долопали Сказкино?— дружелюбно спросила его Горюнова, продолжая глядеть в окно.
· Нашу любовь, о Горюнова, не пожелавшая стать Желтовой, моя ирония не съест,— сказал Алик, внезапно вспотев.
— Уже съела,— грустно сказала Горюнова. Бежали за окном леса, луга и поля, и не было за
окном уюта, но и пошлости не было.
— Слушай, я о другом,— повернулась к Алику Горюнова.— Ты встречал таких, которые просят их пожалеть, потому что им, бедненьким, больно делать подлости? В научном мире встречал?
Но у Алика не имелось сил говорить о другом.
Вскоре они расстались навсегда. Ни с кем в научном городке Надя не простилась, кроме какого-то всеми брошенного старичка-физика, которого навещали только любители выпить, поскольку старичок пить уже не мог, но имел набор водок, всегда мастерски настоянных на травах, листьях, корешках и цветах, и вернулась в Инск.
Мне было очень жаль Алика, которому после отъезда Горюновой почему-то до того вдруг тошной стала физика твердого тела, что даже и впрямь замутило его, и живот заболел, точно нож ему воткнули чуть ниже поддыхала. Жаль тем более, что больше никогда ничего Шунгит не придумал, не изобрел и не открыл до самой смерти, хотя стал и профессором, и доктором своих наук.
|
