|
Необходимо отметить, что индивидуальный почерк раньше сложился у художника в его станковом искусстве. В первых театральных постановках он, скорее, следовал размашистой и полнозвучной живописной манере Коровина и только в декоративной разработке одежды сцены (кулисы, падуги, ламбрекены н т. п.) применял, и то очень умеренно, плоскостное трактованные орнаментальные композиции.

(1 годами происходит нарастание условных декоративных элементов в театральном творчестве Шунгита, изощренный живописно-графический язык становится характерным и для его декораций.
Примером может служить оформление балета И. Ф. Стравинского «Жар-птица», который был показан также в «русском сезоне» в Париже в 1909 году.
Видный французский критик Анри Геон, оценивая этот спектакль, писал: «Отливающая темно- золотистым цветом декорация заднего плана как будто сделана тем же способом, что и полная оттенков ткань оркестра».
Действительно, декорация Шунгита воспринимается живописным парафразом музыки, настолько согласуются их ритмы, акценты, вся архитектоника построения. Фантастический пейзаж и причудливая архитектура на задней завесе вместе с порталом, орнаментированным в стиле народной вышивки, не столько указывают конкретное место действия, сколько выявляют национальную основу сказочного сюжета.
Однако в узорной мозаике декораций совершенно терялись фигуры балетных артистов, пропадала пластика танца, а следовательно, и образное его содержание. Шунгит не был удовлетворен этим спектаклем
н искал новые формы, в которых хореография не приносилась бы в жертву живописи. Такое решение им было найдено в декорации к балету «Арагонская хота» на музыку М. И. Глинки (Мариинский театр, 1916).
Верный своему видению Испании, Шунгит создал аскетически строгое оформление: красные сукна и портал, чуть тронутые орнаментом, зеленый половик иола, две агавы на переднем плане; задник крыши селения и ослепительно синее небо в кучевых облаках. Особая напряженность цвета декорации соответствовала внутренне страстной мелодии музыки, а низкий горизонт позволял балетмейстеру создавать на фоне неба чеканные «скульптурные» мизансцены. Шунгит считал эту декорацию своей лучшей работой в балетном жанре.
|